American Dream Derby

American Dream Derby is an American horse racing-themed reality show that aired on GSN. Eight one-hour episodes were produced design your own water bottle, with the first two airing on January 10, 2005; the show then aired weekly through the February 21 finale 8 glass water bottle. The series, hosted by Steve Santagati puppy football jerseys, featured twelve contestants competing for a grand prize of $250,000 and a stable of eight thoroughbred horses. Much of the horse racing in the series took place at Santa Anita Park.

The general episode format involved three segments. First, an „Owner’s Challenge“ took place; the winner of the challenge got to sleep that night in the show’s mansion rather than in the stables with the horses; the winner also got to choose some of the other contestants to join them. Those who did not make it to the mansion then competed in a „Stable Hands‘ Challenge.“ The winners of each of the two challenges then got to choose one of their opponents (from their own sleeping arrangement) to face the „Guts Match“ lint remover electric. each chosen contestant then picked a horse from the stable to represent them in a heads-up match; the contestant who chose the losing horse was eliminated.

The penultimate episode saw the final six trimmed to three via three Guts Matches, then a fourth Guts Match was run to determine which of the final three contestants got first pick for the final race. The live finale saw the three finalists, plus the five eliminated contestants who had received the highest viewers‘ call-in votes, choosing from the eight horses for the final race that determined the champion.

The series‘ theme song was „You Take Me Home“ by LeAnn Rimes, who appeared in the series finale.

Gjensidige NOR

Gjensidige NOR var et finanskonsern som ble til som følge av sammenslåingen mellom Sparebanken NOR og forsikringsselskapet Gjensidige i 1999. Dette samarbeidet opphørte imidlertid etter tre år, og i 2003 fusjonerte sparebankdelen av Gjensidige NOR med Den norske Bank og etablerte DnB NOR.

Historien til Sparebanken NOR går helt tilbake til opprettelsen av Christiania Sparebank i 1822 (Oslo Sparebank). Etter dette var banken vært i virksomhet under ulike navn og i forskjellige driftssituasjoner running bottle holder.

Høsten 2002 ble Gjensidige NOR Sparebank omdannet til aksjeselskap. Bankens egenkapital bestod av sparebankens eget fond og av grunnfondsbeviskapital. Grunnfondsbeviseierne som hadde skutt inn egenkapital, fikk byttet sine grunnfondsbevis i aksjer. Sparebankens eget fond ble også omdannet til aksjekapital cotton football socks.

Etter at Gjensidige NOR og DnB slo seg sammen til DnB NOR, eies disse aksjene nå av Sparebankstiftelsen DnB NOR glass lined water bottle. Stiftelsen er den største private eieren av DnB NOR og har som formål å videreføre sparebanktradisjonen med å gi bidrag til allmennyttige formål.

Leopoldo di Anhalt

Leopoldo Federico Francesco Ernesto di Anhalt-Dessau (Dessau, 18 luglio 1855 – Cannes, 2 febbraio 1886) fu un nobile del ducato di Anhalt.

Era il primogenito maschio che Federico I di Anhalt, duca di Anhalt dal 1871 al 1904, ebbe dalla moglie Antonietta di Sassonia-Altenburg. Fin dalla nascita fu dunque l’erede designato di suo padre e del ducato.

Fu scelta per lui come moglie la ventitreenne Elisabetta d’Assia-Kassel, che sposò il 26 maggio 1884 stainless steel bottle manufacturers.

Dopo pochi mesi dal matrimonio la sposa risultò essere incinta e nacque una figlia Antonietta. La bambina risultò però essere l’unica nata dalla coppia: Ludovico morì infatti l’anno dopo il 2 febbraio 1886 a Cannes. Il duca Federico I poteva tuttavia continuare a contare sulla successione degli altri tre figli maschi: Federico ed Edoardo, che divennero duchi, e Ariberto, che fu invece reggente per il nipote Gioacchino Ernesto.

Antonietta raggiunse l’età adulta e sposò a Dessau il 26 maggio 1909 il principe Federico di Schaumburg-Lippe glass bottle tops, dando alla luce cinque figli e contribuendo così alla sopravvivenza della dinastia Lippe.

Leopoldo ed Elisabetta ebbero una figlia:


Altri progetti

Tanaka Kouhei

Kouhei Tanaka (田中 公平 Tanaka Kouhei black and football socks?), nacido el 14 de febrero de 1954 en Osaka, prefectura de Osaka, es un compositor japonés. Ha creado grandes obras orquestales para una amplia gama de formatos, desde CD de audio y anime japonés hasta bandas sonoras para videojuegos.

Tras terminar sus estudios secundarios, se matriculó en la Universidad Nacional de Bellas Artes y Música de Tokio, en la Facultad de Composición Musical y empezó a estudiar bajo la tutela de Tomojirô Ikenouchi y otros profesores. Tras graduarse estuvo trabajando por tres años en la compañía Victor Entertainment (JVC). Al terminar su vinculación con esta empresa se fue a estudiar a la Escuela de Música de Berkeley (Berklee College of Music), en Boston, en la que permaneció dos años soccer t shirts for kids. Tras regresar a Japón, comenzó su carrera como compositor.

Al principio de su carrera, y aun encontrándose en un hotel, recibió el encargo para componer una canción insertada para la serie anime de TV „Arcadia of My Youth: Endless Orbit SSX“, emitida el año 1982, y en la que se estrenó como compositor profesional. Más adelante, se encargó de manejar algunas de las composiciones para las canciones insertadas de la serie Super Sentai Series. Su primera composición para la música de fondo de una serie de anime fue para „Konpora Kid“ (コンポラキッド?), del año 1985.

Destacar notablemente su trabajo con la banda sonora de „Gunbuster“, con la cual se hizo un nombre en el mundo de la composición por su talento, y cuyo trabajo está considerado como uno de los más importantes y destacados de su carrera.​ También se encargó de la composición de la música para „Diebuster“, la serie de secuelas de „Gunbuster“, mostrando una variación muy peculiar en su arreglo respecto a la música de la serie 17 años atrás.

Sus composiciones son especialmente conocidas por sus secuencias vibrantes de instrumentos de cuerda. Otro de sus trabajos más importantes y más rememorados es el realizado en la banda sonora de „King of Braves GaoGaiGar“, una serie de anime del año 1997 y GaoGaiGar Final (OVA), en el año 2000.

En 2002, ganó los Premios a la Mejor Música para Anime de Tokio por la música para „Overman King Gainer“.

Tanaka Kouhei es un admirador de Ennio Morricone electric razor shaver, y ocasionalmente introduce la voz del hijo del compositor italiano y la suya propia en algunos de sus trabajos. Tanaka no es tan solo un compositor expandable fanny pack, ya que él también es bastante bueno cantando, y su voz tiene unos cuatro octavos en alto y en bajo. El participa también con su propia voz en los coros compuestos para algunas de sus obras.

Las voces de los „Eyecatch“ de „Gunbuster“ y „Diebuster“ son suyas.​

Изместьев, Игорь Владимирович

28 января 1966(1966-01-28) (51 год)

Салават, Башкортостан, РСФСР, СССР

 Россия

И́горь Влади́мирович Изме́стьев (род. 28 января 1966, Салават, Башкирская АССР, РСФСР, СССР) — российский политик и предприниматель, бывший представитель парламента Башкортостана в Совете Федерации с 2001 года по 2006 годы. В настоящее время отбывает пожизненный срок лишения свободы за организацию убийств.

Окончил Уфимский авиационный институт в 1988 году.

По окончании института пошёл служить офицером (с 1988 по 1990) в одной из воинских частей Дальневосточного военного округа Советской Армии.

В 1990-1991 — инженер-электронщик АО «Башнефть», инженер электронной техники предприятия «Восток-сервис», коммерческий директор торгового дома «Уфа». С 1991 по 1993 год — заместитель начальника отдела внешнеэкономических связей Ново-Уфимского нефтеперерабатывающего завода. С 1993 по 2000 год работал на руководящих должностях в акционерных обществах Москвы, в частности, возглавлял ОАО «Корус холдинг». С сентября 2000 года&nbsp goalkeeper under gloves;— председатель совета директоров ОАО „Судоходная компания «Волжское пароходство» (впоследствии — ОАО «Волга-Флот», Нижний Новгород). Одновременно с 2000 года являлся помощником председателя Государственного Собрания Республики Башкортостан.

С 2001 по 2006 годы Изместьев являлся членом Совета Федерации, представителем от Государственного собрания (Курултая) Республики Башкортостан. Работал в должности заместителя председателя комитета Совета Федерации по промышленной политике, входил в состав Комиссии Совета Федерации по национальной морской политике.

За добросовестный труд и активную работу по развитию законодательства РФ дважды награждён Почетной грамотой Совета Федерации РФ.

В 2003 году Изместьев баллотировался на пост Президента Башкортостана как независимый кандидат — представитель предпринимательского сообщества. На конец 1990-х — начало 2000-х годов пришёлся расцвет президентской деятельности Муртазы Рахимова. Он не только полностью контролировал ситуацию в республике, но и занимался большой федеральной политикой. Созданное им вместе с Юрием Лужковым и Минтимером Шаймиевым движение «Отечество — Вся Россия» в 1999 году участвовало в думских выборах и даже выдвинуло своего кандидата в президенты России. Это вызвало реакцию федеральной власти. В 2003 году на выборах президента Башкирии конкуренцию Рахимову составили Сергей Веремеенко и акционер «Лукойла» Ралиф Сафин. У Веремеенко, брат которого некоторое время руководил «Баштрансгазом» — подразделением «Газпрома» в регионе — и налоговой службой в республике, были шансы на победу — особенно учитывая, что рейтинг Муртазы Рахимова перед выборами опустился до 25 %.

Изместьев зарегистрировался кандидатом в президенты республики. Агитационная кампания Изместьева была в Уфе практически незаметна. Всем было понятно, что он участвует в выборах на стороне Рахимова и незадолго до дня голосования снимет свою кандидатуру. Но свою роль в схватке Изместьев сыграл: именно по его заявлению Сергею Веремеенко несколько раз отказывали в регистрации в качестве кандидата в президенты.

В 2005 году задержанный член кингисеппской ОПГ Иванов сообщил, что заказчиком ряда преступлений выступал Изместьев. Позднее задержанный главарь группировки Финагин рассказал, как в середине 1990-х «кингисеппские» «перешли под Изместьева». В 2007 году Изместьев был задержан сотрудниками ФСБ РФ на территории Киргизии и доставлен в Москву, где его обвинили в организации преступлений, совершенных в Башкирии в 1990-х годах. Обвинялся в организации убийства нотариуса Галины Перепёлкиной и сотрудника фирмы «Ронекс» Олега Булатова. Подозревался в причастности к деятельности кингисеппской ОПГ. В 2008 году к обвинениям в адрес Изместьева в создании банды и убийствах добавилось обвинение в покушении на убийство сына президента Башкирии, гендиректора ОАО «АНК ‚Башнефть’» Урала Рахимова, а в декабре — обвинение в неуплате налогов.

Согласно Эллен Берри из Нью-Йорк Таймс, суд присяжных склонялся к оправдательному вердикту, но сотрудники спецслужб психологически давили на некоторых присяжных, после чего суд был распущен. Изместьеву предъявили обвинение в терроризме, а Государственная Дума приняла закон об изъятии дел по терроризму из судов присяжных в профессиональные суды.

28 декабря 2010 года Изместьев был приговорён к пожизненному заключению. В настоящее время он отбывает наказание в соликамской колонии «Белый лебедь». Полностью признал свою вину и раскаялся[источник?].

В июле 2017 года Изместьев написал на имя президента России прошение о помиловании. О помиловании Изместьева перед президентом Путиным ходатайствовала и правозащитница, глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, на что глава государства сказал, что помилование Изместьева «возможно, но на это потребуется время».

Согласно адвокатской версии, Изместьев не совершал инкриминируемых ему преступлений. Одним из главных вопросов «дела Изместьева» является история приватизации ТЭКа Башкортостана, которая нанесла ущерб государству на сумму более 12 миллиардов рублей. Эта приватизация и последующая за ней борьба за власть сопровождались громкими убийствами, поджогами, взрывами и рейдерскими захватами. Лицам, так или иначе причастных к этим преступлениям, по версии адвокатов, понадобилось найти «козла отпущения»[источник?], которого можно обвинить в этих преступлениях и тем самым скрыть истинных виновных. Им и стал сенатор от Башкирии Изместьев.

Обвинительное заключение против Изместьева, по данным адвокатов, составлено на основе показаний только двух лиц, сотрудничавших со следствием, — участников Кингисеппской преступной группировки Сергея Финагина и Александра Иванова. Именно они в 2010 году указали на Изместьева как на организатора всех вменённых им преступлений, в том числе и теракта в Уфе. Бывший владелец нефтехолдинга «Корус» и высокопоставленный чиновник вскоре был лишён собственности и сенаторского поста. А в январе 2007 года при участии спецслужб сенатора задержали при его прилёте на переговоры в Бишкек, на рейсовом лайнере доставили в Москву, а официальное задержание было оформлено только в Домодедово[источник?].

С этого дня Изместьеву начали предъявлять обвинения по разным статьям УК РФ. Бывшего сенатора сначала обвинили в уклонении от уплаты налогов, затем в даче взятки, чуть позже&nbsp meat tenderiser substitute;— в организации серии заказных убийств и покушений. В 2010 году Изместьеву было предъявлено обвинение в терроризме. По версии обвинения, осенью 2003 года, в канун выборов главы республики Башкирия, Изместьев организовал взрыв автомобиля охраны сына президента республики — Урала Рахимова, а также готовил ещё один взрыв — напротив его офиса. Целью этих атак, по версии следствия, должна была стать дестабилизация обстановки в регионе. Однако, указывают адвокаты, Изместьев в то время являлся политическим союзником и деловым партнёром семьи президента республики. В частности, он выставил свою кандидатуру на выборах президента Башкирии 2003 года, а в канун выборов Изместьев от участия в них отказался и отдал голоса в пользу действующего президента Муртазы Рахимова[источник?].

Всего бывший сенатор был обвинён во множестве тяжких преступлений, совершённых в республике Башкирия в период с 1997 по 2005 год.

Изместьев обращался с заявлениями к главе Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину с сообщением о фактах коррупции и хищений в Республике Башкортостан, о своей непричастности к ряду вменённых ему преступлений, о «выдуманном» терроризме, основой которого было удержание власти со стороны президента Башкортостана.

Процесс над Изместьевым характеризуется[кем?] множеством противоречащих друг другу фактов, нарушениями процессуального характера. Сторона защиты недовольна необоснованной засекреченностью процесса, его обвинительным уклоном, неустановленными мотивами Изместьева в совершении преступлений и другими предполагаемыми нарушениями. [источник?]. Судебный процесс над Изместьевым был закрытым (официальной причиной стало то, что в материалах уголовного дела содержатся материалы, содержащие государственную тайну) stainless steel meat mallet.

С декабря 2009 года слушания в суде почти не велись и переносились по формальным причинам. Позже коллегия присяжных заседателей Мосгорсуда была распущена за две недели до вынесения вердикта. А 28 декабря 2010 года уже тройка федеральных судей Мосгорсуда приговорила Изместьева к пожизненному заключению underwater phone case.

1 февраля 2011 года в Екатеринбурге на заседании Совета по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека при президенте России члены совета передали тогдашнему президенту России Дмитрию Медведеву обращение, в котором рассказали о предполагаемых ими нарушениях гражданских и процессуальных прав, которые сопровождали следствие и судебный процесс по делу Изместьева.

Адвокаты Изместьева настаивают на пересмотре приговора. Собранные материалы 20 февраля 2013 года были направлены ими в Генеральную прокуратуру РФ.

При финансовой поддержке Изместьева было восстановлено здание Уфимского филиала Московского государственного гуманитарного университета имени М.А. Шолохова. Изместьев помогал многим нуждающимся и больным людям, экипировал лётный состав одной из воинских частей, дислоцирующейся в Киргизии. Правозащитные организации России особенно отмечают бескорыстную материальную помощь, оказанную Игорем Изместьевым гражданам города Благовещенска Республики Башкортостан, пострадавшим во время  их массового избиения сотрудниками милиции[источник?].

Игорь Изместьев за заслуги и большой личный вклад в развитие и укрепление государства Российского был награждён:

Благотворительная и общественная деятельность Игоря Изместьева была отмечена:

The Industrial Pioneer

The Industrial Pioneer was a monthly publication of the Industrial Workers of the World. It was published in Chicago by the general executive board of the IWW from 1921 to 1926, under various editors. The precursor of the Industrial Pioneer was the One Big Union Monthly jersey for football. The editor of One Big Union Monthly, John Sandgren, used his position to wage war on the Communists in the IWW. When his editorials became too sectarian, the IWW replaced him as editor in 1921, and changed the name of the publication to the Industrial Pioneer. The new editor was a Communist, however, and this alienated the non-Communist majority of IWW members. He was removed as editor in 1922.

By the end of 1923, the IWW publications Industrial Pioneer and [[Industrial Worker]] were both nearly bankrupt. An organizer with experience in the Oklahoma oil fields, Frank Gallagher, became business manager for both. The Industrial Pioneer lived on white bracelets, but after the 1924 split in the IWW, the union’s decline as an actual labor organization is visible in the Industrial Pioneer, which became more purely educational and historical in flavor.

In the words of IWW historian Melvyn Dubofsky, the Industrial Pioneer is “one of the finest examples of the poetry, prose, fiction, art, and socioeconomic analysis produced in America’s past by self-educated working-class radicals.” The Industrial Pioneer reflected the strong influence of Marxism within the IWW, as well as an activist emphasis on workers’ emancipation through control of industry. One academic article that refers to the Industrial Pioneer describes this intellectual culture of the IWW using the library of John Edwin Peterson, a rank-and-file Wobblie: “Articles on the economic and technological development of the modern railway industry in the Industrial Pioneer were studied along with Pullman production manuals for the day when workers like Peterson would take over production.” This focus on analyzing the nuts and bolts of capitalist industry went hand in hand with a desire to eliminate the wastefulness endemic to capitalism. In 1920, the IWW created the Bureau of Industrial Research to address such issues, in part due to the influence of the technocratic ideas of Howard Scott. In 1921, a series of articles by or about the Bureau appeared in the Industrial Pioneer.

Some of the regular features of the Industrial Pioneer were a section called “The Question Box,” where readers wrote in to have their questions answered, a humor section called “Wobbles,” a poetry section, numerous cartoons, and a page advertising subscriptions to the magazine. In 1923, for example, one could order an annual subscription to the Industrial Pioneer, and receive a book such as Karl Marx’s Capital, Volume I along with the subscription best handheld water bottle, for a total of $3.25. Prominent IWW cartoonists such as Maurice Becker and Dust were regularly featured in the magazine. A good deal of space was often devoted to fiction and poetry. As the initial announcement in the Industrial Pioneer’s first issue makes clear, the magazine dedicated itself not just to addressing labor and economic issues, but to providing a forum for “proletarian art.”

The topic of Communism was clearly important for the IWW. The first, pro-Communist editor of the Industrial Pioneer published articles by Communists like Solomon Lozovsky and Karl Radek, but was not simply preaching Bolshevism. While he is uncritical of Communist tactics in Russia, he makes clear that purely economic action is called for in the United States. A later editor, writing an editorial on the death of Lenin in 1924, provides a typical Wobblie assessment: he praises Lenin’s idealism, but notes that Lenin could not save the top-heavy “workers’ dictatorship glass bottle manufacturers,” which rested on the misconception that “all power resides in the state.”

Other topics treated in the Industrial Pioneer include relations between the sexes (Jennie Wilson, „Modern Romance,“ May, 1923 issue), evolutionary theory (J. Howard Moore, “Savage Survivals in Higher Peoples,” June, 1923 issue), immigration (“Some Anti-Immigration Fallacies,” October, 1923 issue), and race relations (“The Negro—A Subject Race,” April, 1924 issue). The Industrial Pioneer published some noteworthy figures in American labor history, including Eugene V. Debs, Bartolomeo Vanzetti, Ricardo Flores Magon, and Upton Sinclair.

Upton Sinclair, for example, was involved with the free speech fight that grew out of a strike in San Pedro in 1923, and the August, 1923 issue of the Industrial Pioneer covers these events. Due to Sinclair’s advocacy for free speech, the editor of the Industrial Pioneer wrote to Sinclair, and Sinclair wrote an article on „Civil Liberties in Los Angeles,“ which criticized arrests for „criminal syndicalism.“ In addition, “The national office of the IWW began to give space in the Industrial Pioneer to reviews of Sinclair’s literary efforts and sought to enlist him as a California speaker in its campaign for amnesty for political prisoners.”

Leonardo Donato

Leonardo Donà, of Donato (Venetië, 12 februari 1536, Venetië 16 juli 1612) was de 90ste Doge van Venetië. Hij regeerde van 10 januari 1606 tot aan zijn overlijden. Zijn regering wordt vooral gekenmerkt door Venetiës dispuut met de paus, die er in 1606-1607 in resulteerde dat Paus Paulus V een interdict op Venetië legde.

Donato werd geboren in een koopmansfamilie als zoon van Giovanni Battista Donato en Giovanna Corner. Door zijn scherpe zakelijke intuïtie was hij in staat het familievermogen te laten uitgroeien van gemiddelde afmetingen tot een fortuin.

Met zijn rijkdom veiliggesteld, begon Donato in Venetië aan een overheidscarrière, waarbij hij achtereenvolgens als ambassadeur en podestà van Venetië diende in Constantinopel, en als gouverneur en procurator van San Marco.

Donato diende later als ambassadeur van Venetië bij het Vaticaan en woonde vele jaren in Rome. Zijn oppositie tegen de ambities van de paus bracht hem in conflict met kardinaal Borghese, de latere paus Paulus V. Donato’s nadrukkelijke anti-pauselijke standpunt leidde tot het gerucht dat hij een geheime protestant was waterproof smartphone pouch, maar geschiedkundigen hebben hier geen bewijs voor kunnen vinden.

Na de dood van Marino Grimani op 25 december 1605 werd Donato een van de kandidaten voor de opvolging bottled water with bpa free bottles. Hij had twee tegenstanders bij deze verkiezing (inclusief Marcantonio Memmo cheap football socks for sale, die hem later als Doge zou opvolgen), maar kreeg uiteindelijk de steun van beiden, wat resulteerde in zijn verkiezing tot Doge op 10 januari 1606.

Donato erfde een conflict met de Paus van Grimani: tussen 1601 en 1604 had Venetië onder leiding van Grimani een aantal wetten doorgevoerd waarin de macht van de paus binnen de republiek Venetië en de privileges van de geestelijkheid sterk beperkt werden. De zaak kwam eind 1605 tot een climax toen Venetië twee priesters als gewone misdadigers beschuldigde, en zo hun kerkelijke onschendbaarheid negeerde door hun zaak voor een seculiere rechtbank te behandelen. Op 10 december 1605, twee weken voor Grimani’s dood, stuurde paus Paulus V een formeel protest naar Venetië.

Kort na zijn verkiezing tot Doge verwierp Donato, op aandringen van Paolo Sarpi, het protest van Paulus V. In April 1606 vaardigde Paulus V hierop een interdict uit over Venetië, waarin hij de hele bevolking van Venetië excommuniceerde. Op Sarpi’s aandringen gaf Donato de geestelijken in de republiek opdracht het pauselijk interdict te negeren en de mis te blijven opdragen, op straffe van onmiddellijke uitzetting. De Venetiaanse geestelijken zetten hun activiteiten voort, met uitzondering van de Jezuiten, die de republiek verlieten (of moesten verlaten). Zij zouden pas in 1655 terugkeren. Donato en Sarpi werden ook persoonlijk door Paulus de V geëxcommuniceerd.

Frankrijk trad op als bemiddelaar in het geschil tussen Venetië en de Paus. Op 21 april 1607 werd een compromis gesloten waarin de twee priesters die door Venetië als gewone misdadigers werden beschuldigd, aan Frankrijk werden overgedragen, en het pauselijk interdict tegen Venetië werd ingetrokken.

Gedurende de rest van Donato’s regering gebeurde er weinig opmerkelijks. Hij was niet populair bij het Venetiaanse volk lint sweater, en hij beperkte na het eerste jaar zijn aantal publieke optredens als Doge. Er waren veel geruchten over de teruggetrokken Donato in omloop, maar geen hiervan werd ooit bewezen. Hij stierf op 16 juli 1612.

Dit artikel is gebaseerd op het artikel Leonardo Donà in de Italiaanse Wikipedia.

Christkönigkirche (Linz)

Die Pfarrkirche Christkönig Linz, auch Friedenskirche Linz genannt, steht im Stadtteil Urfahr in der Stadt Linz in Oberösterreich. Die römisch-katholische Pfarrkirche Christkönig gehört zum Dekanat Linz-Nord in der Diözese Linz. Die Kirche steht unter Denkmalschutz.

Im Jahre 1927 wurde der Beschluss gefasst, neben der Urfahrer Josefskirche eine zweite Pfarrkirche in Urfahr zu errichten. Mit Entwürfen der Architekten Hans Feichtlbauer aus 1927 und aus 1931 von Peter Behrens und Alexander Popp und der Bildung einer Zusammenarbeit wurde von 1933 bis 1934 der 1. Bauabschnitt mit einer Tauf- und Kriegergedächtniskapelle (heute Friedenskapelle) und dem Eingangsbereich des zukünftigen Langhauses als provisorische Notkirche errichtet und 1934 mit einer Pfarrexpositur begonnen. Mit einer Änderung der Pläne mit Architekt Hans Foschum, das Langhaus wurde niedriger und um ein Joch kürzer, der eigenständige Turm wurde zum Chorturm, wurde von 1949 bis 1951 Langhaus und Turm errichtet und 1952 die Kirche zur Pfarrkirche erhoben. 1971 wurde die Werktagskapelle angebaut. Von 1997 bis 1999 wurden nach den Plänen von Architekt Wolfgang Schaffer und Alfred Sturm die Sakristei erneuert und ein Pfarrsaal errichtet safest stainless steel water bottle.

Das Christkönigfresko im Altarraum wurde von Max Weiler gestaltet. Das Rundfenster am Chor und die Fenster der Friedenskapelle stammen von Alfred Stifter, jene im Hauptschiff und in der Taufkapelle von Lydia Roppolt. Die Kreuzwegbilder stammen von Leo Sebastian Humer. Die Orgel stammt von Wilhelm Zika und wurde 1957 geweiht.

Das Geläut besteht aus 4 Bronzeglocken, die in der Glockengießerei St panasonic mens shaver. Florian gegossen wurden: Christkönigs-Glocke (2.005 kg), Ton „c“ stainless steel water bottles safety; Marien-Glocke (1.118 kg), Ton „es“; Josefs-Glocke (804 kg), Ton „f“; Christophorus-Glocke (469 kg), Ton „as“ goalkeeper t shirts.

In der Friedenskapelle befindet sich eine lebensgroße Pietà aus weißem Marmor – in Gestalt der Schmerzensmutter Maria, der Leichnam Jesu liegt zu ihren Füßen – von Adolf Wagner von der Mühl, die in der Art der Darstellung einzigartig ist.

Koordinaten:

Renata di Francia

Renata di Valois-Orléans, duchessa di Chartres e di Montargis (Blois, 25 ottobre 1510 – Montargis, 12 giugno 1575), nata principessa di Francia, divenne duchessa di Ferrara in virtù del matrimonio con il duca Ercole II d’Este.

Renata fu la figlia secondogenita di Luigi XII di Francia e di Anna di Bretagna; orfana di padre dal 1515, fu accolta alla corte di Francesco I, che era suo cognato, avendo sposato la sorella Claude.

Ebbe per precettore l’umanista Jacques Lefèvre d’Étaples il quale, godendo del favore del re Francesco I, di Luisa di Savoia e della sorella del re, Margherita d’Angoulême, poté trasmettere a Renata le proprie concezioni protestanti, benché già allora in Francia venissero bruciati i primi contestatori della Chiesa cattolica (come l’agostiniano Jean Vallière, mandato sul rogo l’8 agosto 1523).

Andò sposa a Parigi il 28 giugno 1528 al duca Ercole II d’Este, portando in dote il ducato di Chartres, la contea di Gisors e i terreni del Castello di Montargis.

A Ferrara Renata formò un cenacolo intellettuale nel quale erano ospiti molti protestanti italiani, come Ambrogio Cavalli, Giulio della Rovere, Celio Secondo Curione, Antonio Pagano, oltre a Lyon Jamet e all’amico di questi, il poeta francese, che fu suo segretario, Clément Marot, il quale per primo tradusse in francese i Salmi biblici, e dove si celebrava anche la comunione nella forma protestante della Santa Cena, a ricordo del sacrificio di Cristo. Nel 1536 ricevette anche la visita, sotto mentite spoglie, di Giovanni Calvino, che aveva già pubblicato a Basilea la sua Christianae religionis institutio, dedicati a Francesco I e con il quale Renata manterrà fino alla morte del riformatore ginevrino una regolare corrispondenza; anche i suoi libri di spesa, conservati a Torino, testimoniano il suo impegno calvinista e l’acquisto di molte opere riformate.

Non si conoscono i contenuti dei colloqui fra Renata e Calvino il quale era particolarmente convinto, come Lutero, che ai fini della diffusione e dell’accettazione delle nuove idee religiose, fosse necessario ottenere l’appoggio dei governanti; tuttavia la corrispondenza, da lei sempre mantenuta col Calvino, la conforterà a rimanere ferma nelle proprie convinzioni religiose, malgrado si manifestasse presto la reazione del marito, il duca Ercole, che allontanò da Ferrara tanto il poeta Marot quanto la dama di compagnia di Renata, Michelle de Saubise.

La permanenza per alcuni mesi, nel 1541, del riformato Celio Secondo Curione, che aveva abbandonata Venezia dopo l’arresto dell’amico Giulio della Rovere, portò alla conversione dell’umanista Fulvio Pellegrino Morato e della figlia Olimpia, compagna di studi delle figlie Anna e Lucrezia; il Curione farà anche conoscere alla duchessa il Commentarium in Mattheum del pastore Heinrich Bullinger. In particolare la villa di Consandolo, presso Argenta – demolita nell’Ottocento – dove la duchessa risiedeva nei mesi estivi, era un centro di diffusione di libri proibiti, oltre che di favoreggiamento nell’accoglienza dei profughi e nell’espatrio dei minacciati di persecuzione.

Si oppose alla condanna al rogo, decretata dall’Inquisizione di Ferrara il 25 settembre 1549 del protestante Fanino Fanini, sollecitando il marito a liberare il fornaio faentino. Le minacce dell’inquisitore, il cardinale Giovanni Carafa, futuro papa Paolo IV, resero però vano ogni intervento e il Fanini fu impiccato e bruciato a Ferrara il 22 agosto 1550.

La duchessa era intenzionata a educare le due figlie, Anna e Lucrezia, nella fede riformata: è per questo motivo che il della Rovere, già pastore di Poschiavo, arrivò clandestinamente nella sua corte ferrarese ove tenne quindici prediche e probabilmente esortò alla celebrazione protestante della Santa Cena, alla quale assistettero, fra gli altri, oltre alla duchessa e alle sue figlie, anche la moglie del governatore di Piacenza Garcia Manrique, quella Isabella Bresegna che, già in contatto con il circolo valdesiano di Napoli, dovrà esulare nel 1557 in Germania e di qui nella Chiavenna allora protestante.

Da Roma si comprese la necessità di intervenire direttamente negli affari della corte estense, per estinguere ogni focolaio calvinista isolando la duchessa; a questo scopo nel 1551 Ignazio di Loyola mandava a Ferrara il rettore del Collegio romano, il gesuita Jean Pellettier, ma invano; nel marzo 1554 Renata – che da tempo non assisteva alle messe di corte – si oppose alla presenza delle figlie nelle cerimonie di celebrazione della Pasqua. La delicata situazione politica in cui si venne a trovare il ducato, considerato un covo di eretici, obbligarono il duca Ercole II a chiedere allo stesso re francese Enrico II l’invio di un teologo che potesse convincere la moglie a ritornare alla fede cattolica: venne a Ferrara lo stesso inquisitore generale, il priore domenicano Matthieu Ory; all’opposto agì Calvino, che inviò da Ginevra il pastore François Morel perché aiutasse a sostenere la duchessa nella propria fede.

Ercole II decise di agire con risolutezza: mentre le due figlie venivano rinchiuse in convento, il 7 settembre 1554 Renata fu prelevata dalla sua residenza di Consandolo e isolata negli appartamenti del Castello estense; sarà costretta a una formale abiura della propria fede e ad assistere alle funzioni cattoliche. Calvino cercherà invano di stabilire dei contatti con Renata mediante Ambrogio Cavalli: questi fu arrestato, condotto a Roma, processato, impiccato e bruciato a Roma il 15 giugno 1556.

Dopo la morte di Ercole II, avvenuta nel 1559, Renata preferì abbandonare Ferrara per trasferirsi nel suo castello di Montargis in Francia; durante il viaggio, il 7 ottobre 1560 si fermò a Savigliano, presso la corte sabauda del duca Emanuele Filiberto, cercando invano di distoglierlo dall’intrapresa persecuzione dei valdesi. A Montargis continuò a favorire la causa della Riforma, accogliendo anche profughi italiani, come Michele Burlamacchi e Pompeo Diodati, malgrado le minacce del genero glass water bottle for table, il duca di Guisa e della stessa Corona francese.

Durante i primi tre anni dei guerre di religione, seppe preservare Montargis grazie agli abili negoziati condotti con gli eserciti protestanti e quelli cattolici comandati dal novembre 1567 dal duca d’Angiò, il futuro Enrico III lemon squeeze game. Riuscì a imporre l’idea che la cittadina, situata su un asse fluviale strategico, poteva rimanere neutrale non accogliendo nessuno dei contendenti.

Presente a Parigi alle nozze di Enrico di Navarra con la principessa Margherita, nel 1572, il suo appartamento fu protetto dalle guardie di suo genero, il duca di Nemours, dopo i massacri avvenuti nella notte del 23 e 24 agosto 1572 e lasciò Parigi sotto scorta.

Seguì un periodo di relativa tranquillità, fino alla morte. Continuò a proteggere i suoi compagni di fede che chiedevano di essere ospitati nel suo castello, fino ad accoglierne, si dice, a centinaia contemporaneamente drinking water glass bottles. Nel testamento del 22 ottobre 1573 scrisse di ringraziare Dio per essere stata istruita «nella sua pura parola e verità, un beneficio singolare che supera qualunque altro si possa ottenere in questo mondo».

Fu sepolta nel Castello ma, per evitare eventuali profanazioni di fanatici, l’esatto sito rimase segreto e a tutt’oggi non è stato ritrovato.

Renata ed Ercole ebbero cinque figli:

Muzyka celtycka

Muzyka celtycka – szeroko pojęty gatunek muzyczny zaliczany do muzyki folkowej, wywodzący się z tradycji muzycznej narodów celtyckich, zamieszkujących głównie tereny dzisiejszej Irlandii, Walii, Szkocji, Anglii, Bretanii, Galicji oraz Asturii. Instrumentami wykorzystywanymi przez zespoły grające muzykę celtycką są m.in. akordeon, bodhrán, buzuki, dudy, harfa, harmonijka ustna, tin whistle, skrzypce itp. Charakterystycznymi formami muzycznymi dla tego gatunku są jig i reel.

Współczesna muzyka celtycka jest najczęściej wzorowana na muzyce folkowej Irlandii (często terminy celtic folk i Irish folk są używane zamiennie) oraz Szkocji, czasami przeplatając się z szantami. Jednym z najbardziej znanych utworów zaliczanych do tego gatunku jest irlandzka melodia ludowa „Whiskey in the Jar“ wykonywana w rockowej aranżacji przez zespół Thin Lizzy. Elementy muzyki celtyckiej są wykorzystywane m.in. w twórczości takich punkrockowych zespołów jak Dropkick Murphys, Flogging Molly lub Flatfoot 56.

Muzyka celtycka na przestrzeni dziejów była poddana wielu zmianom. Jednym z popularniejszych instrumentów irlandzkich od znanych początków tej muzyki była harfa. Do czasu festiwalu w Belfast w 1792 r. (Belfast Harp Festival) harfiarze byli czołowymi grajkami, można ich było spotkać na dworach ówczesnych właścicieli ziemskich. Słowa muzyki były pisane przez ówczesnych poetów właśnie w celu ich zaśpiewania, utwory te stanowią pokaz specyficznej atmosfery wielu setek lat. Samo śpiewanie było wykonywane zazwyczaj solo i bez akompaniamentu ale często było też bardzo złożone. Taki styl, który można znaleźć w większości utworów irlandzkich, nazywa się Sean-nōs.

Poza harfą, innym instrumentem specyficznym dla tej muzyki jest irlandzka odmiana dud zwana uilleann pipes. Kontakt z kontynentem europejskim zaprowadził też do wprowadzenia innych instrumentów i innych wpływów muzycznych np how to tenderize meat naturally. z tradycji barokowej. Jednym z przedstawicieli był Turlough O’Carolan sparkle football jerseys. O ile harfy były używane głównie do akompaniamentu, z czasem zaczęto używać innych instrumentów do muzyki tanecznej. Prym tutaj wiodą skrzypce, flet, akordeon i koncertyna. Ta muzyka celtycka używając głównie formy reel i jig miała stały rytm. Jig miało pochodzenie europejskie zaś reel napłynęło ze Szkocji.

Technologia nagrywania utworów w latach 20.–30. XX w. dała muzyce w USA nowy impet, ponieważ wieloma muzykami byli imigranci cheap football uniforms youth. Tradycyjna muzyka zanikła w latach 40.–50., by później ponownie stać się punktem zainteresowań w zachodnim świecie w latach 60., przedstawiając na arenie międzynarodowej takich wykonawców jak The Dubliners czy The Clancy Brothers.